Поделись новостью с друзьям!

В театре Маяковского представили пьесу Эдена фон Хорвата

Голубой Дунай. Музыка Штрауса. Мужчины с женщинами готовы броситься в воду и под звуки вечного вальса медленно начинают раздеваться. Это, пожалуй, самая красивая эротичная сцена в театре последних лет… без тотальной обнаженки. Таков и спектакль «Сказки Венского леса», который в театре Маяковского (сцена на Сретенке) поставил молодой режиссер Никита Кобелев.

фото: Михаил Гутерман

Надо сказать, что этот режиссер любит открывать новые тексты. В прошлом сезоне на Сретенке он первым инсценировал книгу американского нейропсихолога Оливера Сакса «Человек, который принял жену за шляпу». В этом сезоне открыл двери драматургии Эдена фон Хорвата, которого вот уже как восемь десятков лет ставит немецкоязычный театр. Его пьеса «Сказки Венского леса» была написана в 31-м году, а в 33-м ее ждала судьба других запрещенных книг в фашистской Германии — сожжена в Мюнхене на площади.

Сегодня трудно понять, что инкриминировали цензоры автору, но то, что не в цветах герани представлено им немецкоговорящее общество, — факт. Герои Хорвата — нормальные венские обыватели, симпатяги, владельцы трех магазинов, чьи витрины стараниями художника Михаила Краменко занимают задник сцены. Слева — мясная лавка с ободранными тушами, подвешенными на крюках, как на скотобойне. Справа — табачная с сигаретами и прессой, а между ними — магазин игрушек. У каждого — свой владелец, со своим характером, милые соседи, лениво ворчащие, тем не менее весело вместе проводящие время.

фото: Михаил Гутерман

Вот, скажем, компания собралась на берегу Дуная по случаю помолвки набожного мясника Оскара (Алексей Сергеев) с Марианной (Анастасия Дьячук), дочерью хозяина магазина игрушек Цауберкенига (Сергей Рубеко). Пьют шампанское, шутят, говорят о теплой воде голубого Дуная, в которую с наслаждением готовятся броситься — мальчики справа, девочки слева. Вот только Марианна, созревшая и готовая к любви, не любит Оскара, а вспыхивает внезапной страстью к прохвосту и игроку на скачках Альфреду (Вячеслав Ковалев), впрочем, не лишенному обаяния. Владелица табачной лавки Валерия (Юлия Силаева) — местная секс-бомба, впрочем, тоже не лишенная чувствительного сердца, соблазняет студента Эриха (Михаил Кремер) и вносит в игры на пленэре пряную сексуальную и пьянящую (причем в прямом смысле слова) нотку.

Пока еще не случилось ничего страшного, мужчины и женщины выстроились напротив друг друга и под звуки вечного Штрауса медленно, с растяжкой имитируют раздевание, которое носит весьма условный характер. Практически без обнажения, бесконтактная сцена вызывает больше эмоций, чем просто голые на сцене. Тот случай, как заметил сатирик Горин: «Одетые возбуждают». Сцена эта действительно проходит красиво, и видно, как публика наслаждается актерской игрой. Психологическая драма поставлена, кажется, традиционно, однако это тот случай, когда традиция является синонимом живого и талантливого.

фото: Михаил Гутерман

Четко прорисованные характеры, их развитие, цепь событий — линии сходятся, сталкиваются, сплетаются и красиво начавшуюся сказку приводят к чудовищной драме — личностной и общественной. Первая, надо признать, получилась значительно убедительней, колоритней и интересней. Отец Марианны — Сергей Рубеко, бросивший дочь в несчастье, все равно вызывает сочувствие. Или Валерия, большая мастерица обольщения, весьма одинока и понимает: ее не любят, ее используют.

Вячеслав Ковалев, который в прошлом сезоне ярко блеснул в «Изгнании», здесь только закрепил успех, выступив в роли Альфреда. Даже небольшие по объему работы — ротмистр (Игорь Марычев), Эрих (Михаил Кремер), Гавличек (Евгений Матвеев), смешная маленькая Ида (Дарья Хорошилова), мать Альфреда (Александра Ровенских) — запоминаются. А работа молодой Анастасии Дьячук, безусловно одаренной и с индивидуальностью, заставляет предположить, что актрису может ждать большое будущее — если, конечно, будут роли.

фото: Михаил Гутерман

Пьеса, сожженная в прошлом веке за обличительную сатиру, которая, судя по тексту, и не кажется столь откровенно обличительной, на Сретенке прозвучала ироничной и горькой историей людей с их заблуждениями, ошибками, жестокостью, которые уродуют саму жизнь не меньше, а может, и больше, чем тиранические режимы. Что им стоит сказку превратить в жуть и страсть! Во всяком случае, режиссеру Кобелеву это очень точно удалось передать.

Получайте короткую вечернюю рассылку лучшего в «МК» — подпишитесь на наш Telegram.

Источник